Вы здесь

Предисловие

Версия для печати

Прорыв в космическое пространство

Величие тех или иных событий оценивается, как правило, спустя многие годы. Но событие, произошедшее 4 октября 1957 г., сразу было зачислено в разряд эпохальных. Первый искусственный спутник Земли, запущенный в Советском Союзе, открыл новую страницу в истории мировой науки и цивилизации. Началась космическая эра.

За 12 лет, прошедшие с момента окончания Великой Отечественной войны, СССР смог мобилизовать все ресурсы на выполнение такой сложной технической задачи как создание первой межконтинентальной баллистической ракеты Р-7, способной вывести на орбиту Земли искусственный спутник. За этим успехом последовали и другие: первый полет человека в космос, первый выход человека в открытое космическое пространство.

Среди различных проблем, издавна волновавших человеческий ум, завоевание космоса являлось древнейшей мечтой.

Теоретически вопрос о возможности посылки космического корабля за пределы земной атмосферы был решен еще в начале ХХ века нашим замечательным соотечественником Константином Эдуардовичем Циолковским, доказавшим, что средством для такого путешествия может быть только ракета – летательный аппарат, приводимый в движение реактивным двигателем, создающим тягу за счет выбрасывания струи раскаленных газов. Его труды имели большое научное значение для развития теории космического полета. К.Э. Циолковским было указано также, что первым и необходимым этапом на пути осуществления межпланетных полетов будет создание искусственного спутника Земли. Гениальность идей Циолковского признавалась всеми энтузиастами изучения окружающего мира за линией Кармана[1].

Последователь К.Э. Циолковского инженер Михаил Клавдиевич Тихонравов еще в апреле 1934 г. в своем докладе на Всесоюзной конференции по изучению стратосферы, в частности, заявил, что важнейшей задачей является «…подъем человека при помощи ракеты на высоту 100 км и более и возможность такого полета не представляет ничего невероятного»[2].

В 1945 г. М.К. Тихонравов с группой энтузиастов ракетной техники из НИИ-1 Наркомата авиационной промышленности СССР разработали проект высотной ракеты ВР-190, предназначенной для подъема двух человек на высоту до 200 километров и состоящей из ракетной части и кабины. Проект высотной ракеты ВР-190 получил поддержку академиков Л.А. Орбели, В.Р. Фесенкова, Н.Д. Папалекси, профессоров В.В. Стрельцова и Н.П. Вернова. Для реализации своих предложений М.К. Тихонравов и инженер-химик Н.Г. Чернышев обратились к И.В. Сталину, по поручению которого проект ракеты ВР-190 рассматривался в министерствах авиационной промышленности, вооружения и электропромышленности[3].

Сразу же после окончания Второй мировой войны руководство Соединенных Штатов Америки, опираясь на монопольное обладание атомным оружием, приступило к проработке проблем его применения для достижения стратегических целей. В ноябре 1945 г. было подготовлено секретное исследование Объединенного разведывательного комитета Министерства обороны США под названием «Стратегическая уязвимость России для американского воздушного нападения». В нем анализировалась возможность превентивного удара по Советскому Союзу. Прогнозируемые потери составляли 13 млн человек.[4]

Советское руководство, анализируя сложившуюся обстановку, учитывая экономические, политические и военно-стратегические факторы, отчетливо представляло степень угрозы. Единственной альтернативой курсу новых претендентов на мировое господство могло стать только создание собственного ядерного оружия и оснащение армии и флота новейшими видами вооружения, в том числе ракетами-носителями ядерного оружия. Для этого использовались и возможности, открывшиеся после разгрома фашистской Германии.

В начале июня 1945 г. народный комиссар авиационной промышленности СССР  А.И. Шахурин доложил члену Государственного комитета обороны СССР (ГКО СССР) Г.М. Маленкову о первых результатах обследования германского Научно-исследовательского института ракетного вооружения, произведенного заместителем начальника НИИ-1 профессором Г.Н. Абрамовичем. С этого доклада началась планомерная работа по собиранию материалов и изучению опыта создания немецких ракет. Постановлением ГКО СССР от 8 июля 1945 г. № 9475 была создана комиссия по изучению и освоению немецкой реактивной техники в составе Л.М. Гайдукова (член военного совета Гвардейских минометных частей), П.Н. Горемыкина (заместитель наркома боеприпасов СССР), Я.Л. Бибикова (директор НИИ-1 Наркомата авиационной промышленности СССР), И.Г. Зубовича (заместитель наркома электропромышленности СССР), Г.А. Угера (генерал-майор инженерно-авиационной службы, начальник отдела Совета по радиолокации при ГКО СССР).

16 апреля 1946 г. на полигоне Уайт-Сендз США произвели первый пуск трофейной "Фау-2", что, как представляется, ускорило принятие политического решения руководством СССР.

29 апреля 1946 г. с 21 ч. до 22 ч. 45 мин. в кремлевском кабинете И.В. Сталина состоялось совещание по вопросам ракетостроения и ракетного оружия[5]. Поводом для его проведения послужила докладная записка И.В. Сталину от 17 апреля 1946 г. за подписями Л.П. Берии, Г.М. Маленкова, Н.А. Булганина, Б.Л. Ванникова, Д.Ф. Устинова и Н.Д. Яковлева[6].

Итогом совещания стало подписание 13 мая 1946 г. председателем Совета Министров СССР И.В. Сталиным постановления Совета Министров СССР № 1017-419сс «Вопросы реактивного вооружения». Этим постановлением был создан Специальный комитет по реактивной технике при Совете Министров СССР под председательством Г.М. Маленкова (заместители председателя Д.Ф. Устинов, И.Г. Зубович, члены комитета Н.Д. Яковлев, П.И. Кирпичников, А.И. Берг, П.Н. Горемыкин, И.А. Серов, Н.Э. Носовский). Только недавно, после получения доступа к подлиннику постановления, выяснилось, что Г.М. Маленкова на должность председателя назначил И.В. Сталин. Фамилию Маленкова он собственноручно вписал в документ. На комитет было возложено наблюдение за развитием научно-исследовательских, конструкторских и практических работ по реактивному вооружению, рассмотрение и представление непосредственно на утверждение председателя Совета Министров СССР планов и программ развития научно-исследовательских и практических работ в указанной области. А также определение и утверждение ежеквартальной потребности в денежных ассигнованиях и материально-технических ресурсах для работ по реактивному вооружению, контроль за выполнением министерствами и ведомствами заданий Совета Министров СССР о проведении научно-исследовательских, проектных, конструкторских и практических работ по реактивному вооружению, принятие оперативных мер по обеспечению своевременного выполнения указанных заданий.

Для координации деятельности промышленности был создан Отдел по реактивной технике в Управлении планирования военной промышленности Госплана СССР численностью 27 человек (начальник Г.Н. Пашков) в составе пяти секторов: конструкций реактивного вооружения, приборов, топлив и специальных материалов, материально-технического обеспечения, комплектации и мощностей.

В соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 13 мая 1946 г. № 1017-419сс в стране начала складываться промышленная кооперация по изготовлению ракет дальнего действия. В этом вопросе активно использовался собственный исторический опыт. Создание производственных мощностей шло так же, как и в предвоенные годы, то есть за счет привлечения значительной части действующих цехов и заводов и некоторого строительства новых объектов. Над разрешением ракетной проблемы работали 63 завода 16-ти министерств и 2-х главных управлений при Совете Министров СССР, а для серийного производства были определены 17 заводов и 22 специальных цеха 10-ти министерств.

Ответственными исполнителями по созданию и производству ракет (первым результатом стало создание отечественной баллистической ракеты дальнего действия Р-1) были определены НИИ-88 Министерства вооружения СССР (директор Л.Р. Гонор, главный конструктор С.П. Королев); завод № 456 Министерства авиационной промышленности СССР (директор Б.И. Свет, главный конструктор В.П. Глушко); НИИ специальной техники Министерства промышленности средств связи СССР (директор и главный конструктор М.С. Рязанский); гироскопическая лаборатория СКБ Министерства судостроительной промышленности СССР (начальник В.И. Кузнецов); ГИПХ Министерства химической промышленности СССР (директор П.Л. Прокофьев); ГНИИ-22 Министерства сельскохозяйственного машиностроения СССР (начальник отдела А.А. Алиханов).

С первых дней работы над ракетой Р-1[7] возник ряд серьезных технологических проблем, связанных с ограниченными возможностями нашей металлургической, химической, электротехнической промышленности. Все эти задачи были решены. После тяжелейшей войны советские инженеры усвоили и превзошли немецкие достижения за очень короткий срок, что имело огромное значение для общего подъема технической культуры в стране, послужило мощным стимулом для развития новых научных направлений: от вычислительной техники и математического моделирования до поисков и создания абсолютно новых материалов.

Большие организационно-штатные изменения произошли в Министерстве Вооруженных Сил СССР. Были созданы управление реактивного вооружения в составе Главного артиллерийского управления Вооруженных Сил (4-е управление ГАУ ВС СССР; начальник – с 13.04.1946 полковник А.Г. Мрыкин, с 04.06.1946 генерал-майор А.И. Соколов) и управление реактивного вооружения в составе Военно-морских сил СССР (4-е управление ВМС СССР; начальник капитан 1-го ранга А.Г. Брезинский). В апреле 1946 г. на новый штат было переведено управление заказов, производства и снабжения гвардейских минометных частей (ГМЧ) Главного артиллерийского управления (ГАУ) Вооруженных Сил СССР численностью 143 человека (начальник полковник М.А. Комиссарчик). На него возлагались задачи серийных заказов, производства и поставок в войска реактивных снарядов, боевых установок и пусковых устройств, а также их эксплуатации и ремонта. В соответствии с решением министра Вооруженных Сил СССР генерала армии Н.А. Булганина от 23 июля 1947 г. в Генеральном штабе Вооруженных Сил СССР был создан отдел реактивной техники в составе 8 человек.

В Министерстве Вооруженных Сил СССР были созданы Научно-исследовательский реактивный институт ГАУ (ныне 4-й Центральный научно-исследовательский институт Министерства обороны Российской Федерации) – начальник генерал-лейтенант артиллерии А.И. Нестеренко, Государственный центральный полигон реактивной техники (ныне Государственный центральный межвидовой полигон Министерства обороны Российской Федерации, Капустин Яр) – начальник генерал-лейтенант артиллерии В.И. Вознюк; специальная артиллерийская часть для освоения, подготовки и пуска ракет (Бригада особого назначения Резерва Верховного Главного Командования, в последующем 24-я ракетная дивизия) – командир генерал-майор артиллерии А.Ф. Тверецкий. Всё это стало основой для создания в декабре 1959 г. нового вида Вооруженных Сил − Ракетных войск стратегического назначения.

Таким образом, постановление Совета Министров СССР от 13 мая 1946 г. № 1017-419сс стало судьбоносным для формирования новой отрасли промышленности − ракетостроения, которое уже через десять лет сделало СССР родиной  практической космонавтики.

В декабре 1946 г. М.К. Тихонравов был назначен на должность заместителя начальника НИИ-4 Академии артиллерийских наук – начальника управления по жидкостным реактивным снарядам и продолжил работу над проектом ракеты ВР-190, получившим название «Ракетный зонд с парашютно-тормозной системой». В состав управления входило несколько отделов: отдел конструирования ракет, два отдела, занимавшиеся исследованиями проблем двигателей и топлива, и еще один отдел – баллистический, который специализировался на разработке проблем, связанных с теорией полета жидкостных баллистических ракет.

По свидетельству лауреата Ленинской премии А.В. Брыкова, одного из членов группы М.К. Тихонравова, в НИИ-4 «…больше всего его [Тихонравова] думы были заняты проблемой спутника. Это была совершенно новая, неисследованная в практическом плане задача. И изучение ее нужно было начинать с конкретного практического вопроса: как обеспечить вывод спутника на орбиту?...»[8].

В группу Тихонравова вошли Игорь Марианович Яцунский (разработал методологию выбора и оценки основных конструктивных и баллистических характеристик составных ракет «пакетной» схемы), Григорий Макарович Москаленко, перешедший в НИИ-4 в 1946 г. из НИИ-1 Министерства авиационной промышленности СССР вместе с М.К. Тихонравовым и проработавший в группе до 1953 г. (разрабатывал методы весового анализа и весовой завязки ракет-носителей и искусственных спутников Земли), Борис Сергеевич Разумихин, работавший в группе с 1950 по 1952 г. (занимался перенастройкой автомата стабилизации системы управления статически неустойчивых ракет), а также молодые инженеры Глеб Юрьевич Максимов (отвечал за системы управления), Лидия Николаевна Солдатова (изучала оценки аэродинамических характеристик и системы переливания топлива), Анатолий Викторович Брыков (разрабатывал схемы пакета) и Ян Иванович Колтунов (исследовал проблемы старта). Первые трое работали в группе с 1949 г. до конца ее существования в 1956 г. Я.И. Колтунов работал в группе с 1949 г. по 1951 г. Кроме того, в 1953 г. из другого подразделения в группу вернулся Владимир Николаевич Галковский, также пришедший в НИИ-4 в 1946 г. из Реактивного научно-исследовательского института (РНИИ) вместе с М.К. Тихонравовым. В.Н. Галковский работал в группе Тихонравова до конца ее существования и оставался в НИИ-4 после ухода Тихонравова, (исследовал компоновку ориентированного спутника – «объект ОД»). В сентябре 1951 г. в группу пришли Игорь Константинович Бажинов, который занимался космической баллистикой, и Олег Викторович Гурко, работавший над  проблемой защиты головных частей межконтинентальных баллистических ракет от аэродинамического нагрева при их движении в атмосфере на нисходящем участке траектории.

В конце февраля 1950 г. М.К. Тихонравов был освобожден от должности заместителя начальника НИИ-4 и назначен научным консультантом по жидкостным реактивным снарядам. Заместителем начальника института по жидкостным реактивным снарядам был назначен Александр Захарович Краснов, пришедший в институт в январе 1948 г. с должности заместителя начальника Управления химической промышленности Управления советским имуществом в Восточной Австрии на должность старшего научного сотрудника отдела реактивных двигателей на жидком топливе (3-й отдел), с февраля 1949 г. – начальник 3-го отдела. Через год, 18 сентября 1951 г. приказом военного министра СССР маршала Советского Союза А.М. Василевского № 00212 начальник НИИ-4 генерал-лейтенант артиллерии Нестеренко А.И., как не обеспечивший руководство институтом, от занимаемой должности был освобожден. 13 декабря 1951 г. начальником института был назначен Пётр Петрович Чечулин, который годом раньше после доклада М.К. Тихонравова на Первой научно-технической конференции в НИИ-4 сказал: «Тихонравов призывал нас развертывать исследования по созданию спутника, утверждая, что спутник необходим, привел перечень вопросов, которые можно решить с помощью спутника. Думаю, что все это фантастика! Никому ненужная затея!».

Как вспоминал М.К. Тихонравов: «В 1953 г. ракетная техника в СССР достигла такого развития, что стало возможным говорить о создании искусственного спутника Земли. По этому поводу у меня состоялся обстоятельный разговор с С.П. Королевым. Говорили о том, что следовало бы начать соответствующие разработки. В итоге он сказал: “Работай, считай, проектируй у себя в институте. Я на это дам денег, т. е. тема будет заказная, у меня же нет свободных людей. Никого не могу посадить за эту работу, все заняты. Договаривайся со своим начальством, чтобы тебе разрешили взять эту работу”. С этого, собственно, все и началось...»[9]. После разговора М.К. Тихонравова с С.П. Королевым в НИИ-4 была открыта новая тема, и вся работа по спутнику, которая до этого велась факультативно и полуподпольно, получила официальный статус.

Одновременно проводились научные биологические исследования жизнедеятельности животных в условиях полета на геофизических ракетах. В соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 30 декабря 1949 г. № 5891-2209сс на Государственном центральном полигоне в Капустином Яре в период с 22 июля 1951 г. по 3 сентября 1951 г. было осуществлено шесть вертикальных пусков ракеты 1-РБ на высоту до 100 километров. Животные запускались в гермокабинах. Тем самым была доказана выживаемость живых организмов в условиях полета на ракете до высоты 100 километров без нарушения физиологических функций. В четырех случаях подопытные животные доставлены на землю с указанной высоты без всяких повреждений. Постановлением Совета Министров СССР от 12 марта 1952 г. № 1490 за разработку и испытания специальной аппаратуры для запуска собак на большие высоты в герметической кабине сотрудники Научно-исследовательского института авиационной медицины руководитель работы Покровский Алексей Васильевич, (начальник института), Попов Виталий Иванович (заместитель начальника физиологического отделения), Серяпин Александр Дмитриевич и Яздовский Владимир Иванович (старшие научные сотрудники) удостоены звания лауреатов Сталинской премии 3-й степени[10].

С.П. Королев был убежден в том, что полет искусственного спутника Земли может быть осуществлен, и что настало время серьезно подумать об этом. По воспоминаниям М.К. Тихонравова: «26 мая 1954 г. Королевым была написана докладная записка в вышестоящие организации. В этой записке обосновывалась своевременность и целесообразность организации в НИИ (тогда) научно-исследовательского отдела для проведения поисковых работ по искусственному спутнику Земли и детальной разработки комплекса вопросов, связанных с этой проблемой. Вместе с докладной С.П. Королев представил и мою докладную записку «Об искусственном спутнике Земли». Примерно через год, по поручению С.П. Королева, я и И.В. Лавров написали проект следующей докладной записки. В этой записке обосновывалась необходимость создания искусственного спутника Земли, организации специального отдела со штатом 70–80 человек. (Королев на полях написал: «Много, 30–35 чел.»). Были намечены задачи этого отдела. В числе их разработка эскизного проекта первого спутника и разработка проблемы полета человека на ракетах. Доказывалась необходимость привлечения в НИИ группы М.К. Тихонравова, работающей уже в этом направлении, но в другом институте. Докладная записка со всеми материалами была нами закончена 16 июля 1955 г. и передана С.П. Королеву»[11].

Записку, подписанную 5 августа 1955 г. заместителем Председателя Совета Министров СССР М.В. Хруничевым, председателем Специального комитета Совета Министров СССР В.М. Рябиковым и главным конструктором ОКБ-1 НИИ-88 С.П. Королевым, в ЦК КПСС о целесообразности в ближайшее время приступить к работам по созданию искусственного спутника Земли[12] рассмотрели 8 августа 1955 г. на заседании Президиума ЦК КПСС (протокол № 139, пункт XXXVI). В принятом постановлении говорилось: «Одобрить идею о создании искусственного спутника Земли. Поручить тт. Хруничеву и Рябикову приступить к работам по созданию искусственного спутника Земли и в полуторамесячный срок представить в ЦК КПСС проект необходимых мероприятий по этому вопросу, а также представить в ЦК КПСС текст сообщения для печати о проводимых работах по созданию искусственного спутника Земли»[13]. Именно эту дату можно с полным основанием считать днем начала практической реализации запуска первого искусственного спутника Земли.

10 августа 1955 г. М.В. Хруничев, В.М. Рябиков и С.П. Королев представили проект сообщения ТАСС, который был рассмотрен на заседании Президиума ЦК КПСС 18 августа 1955 г. (протокол № 141 пункт VI) и признан неприемлемым. После доработки 23 августа 1955 г. был представлен новый вариант сообщения ТАСС[14], который был использован в сообщении ТАСС от 4 октября 1957 г. о запуске первого искусственного спутника Земли.

3 сентября 1955 г. М.В. Хруничевым, В.М. Рябиковым, Д.Ф. Устиновым, В.Д. Калмыковым, А.В. Топчиевым, М.И. Неделиным, С.П. Королевым, М.С. Рязанским, Н.А. Пилюгиным, М.В. Келдышем и В.П. Глушко в Президиум ЦК КПСС был представлен проект постановления Совета Министров СССР «О создании в 1957–1958 гг. на базе разрабатываемой ракеты Р-7[15] искусственного спутника Земли (объект СП)»[16]. Однако эти предложения были отправлены на доработку, оставлены без рассмотрения. 11 января 1956 г. М.В. Хруничевым, А.Н. Несмеяновым, Д.Ф. Устиновым, Г.К. Жуковым, В.М. Рябиковым, В.Д. Калмыковым, П.В. Дементьевым, П.И. Паршиным, С.П. Королевым и М.В. Келдышем в Президиум ЦК КПСС был представлен согласованный с заинтересованными министерствами и ведомствами проект постановления Совета Министров СССР, который был утвержден Президиумом ЦК КПСС 30 января 1956 г. (протокол № 184, пункт VII) и в этот же день оформлен как постановление Совета Министров СССР № 149-88сс «О создании объекта «Д»[17].

Искусственный спутник Земли (объект «Д») весом 1000–1400 кг с аппаратурой для научных исследований весом 200–300 кг должен создаваться на базе разрабатываемого изделия Р-7 (первой межконтинентальной ракеты).

При сопоставлении сентябрьского проекта постановления и принятого январского постановления заметны существенные различия. По сентябрьскому проекту инициаторами создания выступали главные конструкторы и Академия наук СССР. По январскому постановлению инициаторами выступают Академия наук СССР, министерства оборонной, авиационной и радиотехнической промышленности, машиностроения и обороны СССР, Специальный комитет и главные конструкторы. Срок первого пробного пуска объекта СП определялся на первое полугодие 1957 г., а срок первого пробного пуска объекта «Д» – 1957 г. Пункт IV сентябрьского проекта обязывал Академию наук СССР разработать и в месячный срок представить в Совет Министров СССР перечень научных проблем, подлежащих исследованию с помощью объекта СП, а также предложения о разработке и изготовлении необходимой научно-исследовательской аппаратуры для этого объекта.

Пункт II январского постановления гласил: «Считать основной задачей Академии наук СССР разработку с помощью объекта «Д» следующих важнейших научных проблем: а) по геофизике – исследование гравитационного и магнитного полей и формы Земли, изучение ионосферы и ее влияния на прохождение радиоволн и изучение структуры верхних слоев атмосферы; б) по физическим проблемам – изучение космического излучения и наблюдение эффектов теории относительности; в) по биологии – выяснение возможности длительного пребывания живых организмов на искусственных спутниках Земли; г) по астрономии – изучение Солнца, метеоритной опасности и фотографирование земной поверхности».

«Изготовление объекта СП – отмечалось в проекте, – рассматривать как задачу особой государственной важности и все задания по нему выполнять наряду с заказами по изделию Р-7 впереди других заказов и осуществлять за выполнением этого задания личный контроль». В постановлении (пункт XVI) записано: «Учитывая, что создание объекта «Д» является задачей особой государственной важности [...]

а) обратить особое внимание на своевременное и качественное выполнение работ по объекту «Д», взяв под личный контроль все задания, утвержденные настоящим Постановлением;

б) представлять один раз в квартал в Совет Министров СССР отчет о ходе выполнения работ, утвержденных настоящим Постановлением».

В сентябрьском проекте было записано «рассмотреть возможность создания в период 1956–1958 гг. искусственного спутника Земли малых размеров (объект МСП), как третьей ступени на базе изделий Р-5 и Р-11 для систематических научных исследований и в месячный срок представить в Совет Министров СССР предложения по этому вопросу».

В постановлении от 30 января 1956 г. № 149-88сс эта задача сформулирована иначе: «В целях обеспечения в дальнейшем пусков с наименьшими затратами искусственных спутников Земли для научных исследований поручить Академии наук СССР совместно с Министерством оборонной промышленности и Министерством обороны СССР рассмотреть возможность создания в период 1956-1958 гг. искусственного спутника Земли малых размеров (объект «МСП») для систематических научных исследований и в двухмесячный срок представить в Совет Министров СССР предложения по этому вопросу».

Этим постановлением в целях наиболее полного использования возможностей объекта «Д» при Президиуме Академии наук СССР была организована Комиссия по осуществлению научного руководства при создании объекта «Д» во главе с академиком М.В. Келдышем и с участием ведущих ученых. Постановление обязало министерства-исполнителей провести научно-исследовательские работы и эскизную проработку объекта «ОД» (ориентированный объект «Д») по техническим заданиям Министерства оборонной промышленности СССР, Министерства обороны СССР и Академии наук СССР.

Уже VII Международный конгресс по астронавтике, состоявшийся в октябре 1956 г. в Риме, с уверенностью отметил, что еще до конца этого века человек вступит на Луну, что этому событию будут предшествовать многочисленные опыты по запуску так называемых искусственных спутников Земли, а первоначальный их запуск состоится в очередном Международном геофизическом году, который проводился с 1 июля 1957 г. по 31 декабря 1958 г.

В своем докладе о разработке искусственного спутника Земли 25 сентября 1956 г. С.П. Королев подчеркнул: «Несомненно, что работа по созданию искусственного спутника Земли является важным шагом по пути проникновения человека во вселенную… Особо должны быть отмечены первые работы М.К. Тихонравова и его группы и его участие в эскизном проекте искусственного спутника».

Приказом министра оборонной промышленности СССР Д.Ф. Устинова от 14 августа 1956 г. № 310сс во исполнение постановления Совета Министров СССР от 30 января 1956 г. № 149-88сс из НИИ-88 выделены ОКБ-1 с заводом № 88 в самостоятельную хозяйственную единицу, что значительно упростило бюрократические преграды на пути развития ракетно-космической техники и позволило НИИ-88 сосредоточиться на научно-исследовательской работе.

К концу 1956 г. выяснилось, что есть реальная угроза срыва намеченных планов по запуску искусственного спутника Земли типа «Д» из-за трудностей создания научной аппаратуры и более низкого удельного импульса тяги в пустоте двигателей ракеты Р-7 (304 вместо 309-310 кгс·с/кг по проекту). Правительством был установлен новый срок запуска – апрель 1958 г.

28 января 1957 г. Д.Ф. Устиновым, С.П. Королевым, В.М. Рябиковым, И.П. Бардиным, И.С. Коневым, В.Д. Калмыковым, М.В. Келдышем, Н.Н. Смеляковым было внесено в Президиум ЦК КПСС предложение ОКБ-1 о запуске простейшего спутника массой порядка 100 кг в апреле – мае 1957 г., до начала Международного геофизического года (июль 1957 г.)[18].

В связи с новым предложением ОКБ-1 15 февраля 1957 г. было принято постановление Совета Министров СССР № 171-93 (утверждено постановлением Президиума ЦК КПСС № П76/III), предусматривающее выведение простейшего неориентированного спутника Земли (объект ПС) на орбиту, проверку возможности наблюдения за ПС на орбите и прием сигналов, передаваемых с объекта ПС. Предполагалось выведение двух спутников с использованием двух ракет Р-7 (8К71). Запуск спутников разрешался только после одного-двух пусков ракеты Р-7 с положительными результатами. Опубликование информации о спутнике разрешалось после предварительного рассмотрения ее Комиссией при Президиуме Академии наук СССР по объекту «Д». Разглашение каких-либо данных о ракете-носителе спутника при этом не должно быть допущено.

Простейший спутник ПС-1 представлял собой контейнер сферической формы диаметром 580 мм. Его корпус состоял из двух полуоболочек со стыковочными шпангоутами, соединенных между собой 36 болтами. Герметичность стыка обеспечивалась резиновой прокладкой. После сборки контейнер заполнялся осушенным азотом до давления 1,3 кгс/см2. В верхней полуоболочке располагались две антенны длиной 2,4 м и две – 3,9 м, а также пружинный механизм, разводящий штыри на угол 35° от продольной оси контейнера. Антенны разрабатывала лаборатория М.В. Краюшкина. Снаружи верхняя полуоболочка была покрыта защитным экраном, а на ее внутренней поверхности находился кронштейн для крепления радиопередатчика (разработчик В.И. Лаппо из НИИ-885, главный конструктор М.С. Рязанский). Блок электропитания, состоящий из трех батарей на основе серебряно-цинковых элементов, был создан в Институте источников тока под руководством Н.С. Лидоренко. В состав аппаратуры ПС-1 входили дистанционный переключатель, вентилятор системы терморегулирования, сдвоенное термореле и контрольные термо- и барореле[19].

Общая масса ПС-1 составила 83,6 кг. Для стыковки ПС-1 с ракетой предусматривался специальный переходный отсек. Система отделения обеспечивала сброс головного обтекателя и отделение спутника от центрального блока ракеты.

После двух успешных пусков ракеты Р-7 21 августа и 7 сентября 1957 г. В.М. Рябиков, К.Н. Руднев, С.П. Королев, М.В. Келдыш и А.И. Семенов направили записку в ЦК КПСС о готовности двух объектов ПС к пускам, при этом особо подчеркивалось, что результаты пусков ПС будут использованы при подготовке к запуску в 1958 г. искусственных спутников больших габаритов (объект «Д»).

17 сентября 1957 г. на торжественном собрании в Колонном зале Дома Союзов, посвященном 100-летию со дня рождения К.Э. Циолковского, С.П. Королев, выступая с докладом, заявил: «В ближайшее время с научными целями в СССР и США будут произведены первые пробные пуски искусственных спутников Земли».

26 сентября 1957 г. Президиум ЦК КПСС (протокол № 114, пункт XXXIII) принял решение о проведении запуска искусственного спутника Земли  в середине октября 1957 г., которое было оформлено постановлением Совета Министров СССР от 26 сентября 1957 г. № 1181-535.

Запуск ракеты с первым искусственным спутником Земли осуществлялся в соответствии с «Программой проведения пробных запусков простейших неориентированных ИСЗ (объект ПС) с помощью изделия 8К71ПС», утвержденной Д.Ф. Устиновым, В.Д. Калмыковым, А.Н. Несмеяновым, В.М. Рябиковым, М.И. Неделиным.

Пуск ракеты-носителя 8К71ПС № М1-ПС с первым искусственным спутником Земли состоялся 4 октября 1957 г. в 22 часа 28 минут по московскому времени (это был пятый пуск ракеты Р-7). Вторая ступень ракеты со спутником, имевшим форму шара массой 83,6 кг, вышла на орбиту с перигеем 228 км и апогеем 947 км и временем одного оборота вокруг Земли 96,2 мин. На нем были установлены два радиопередатчика. Это дало возможность провести некоторые исследования по распространению радиоволн в ионосфере. За спутником следили не только специальные станции, но и тысячи радиолюбителей всех континентов, для которых выбор длин волн стал настоящим подарком. Радиосигналы со спутника принимали на расстояниях, достигавших 10–12 тыс. км. Первый искусственный спутник Земли просуществовал в течение 92 суток, совершил 1400 оборотов вокруг Земли и 4 января 1958 г., сойдя с орбиты, вошел в плотные слои атмосферы и сгорел.

В научном плане запуск первого искусственного спутника Земли имел громадное значение прежде все потому, что он подтвердил правильность выбора путей решения сложной проблемы выведения объектов на космические орбиты, таких как разработка конструкции, создание двигателей ракеты-носителя, систем ее управления и автоматики, баллистика полета[20].

Общечеловеческое значение этого события определено в сообщении ТАСС: «Успешным запуском первого созданного человеком спутника Земли вносится крупнейший вклад в сокровищницу мировой науки и культуры. Научный эксперимент, осуществляемый на такой большой высоте, имеет громадное значение для познания свойств космического пространства и изучения Земли как планеты нашей Солнечной системы. Искусственные спутники Земли проложат дорогу к межпланетным путешествиям, и, по-видимому, нашим современникам суждено быть свидетелями того, как освобожденный и сознательный труд людей нового, социалистического общества делает реальностью самые дерзновенные мечты человечества».

Это событие произвело ошеломляющее впечатление на весь мир, особенно на США, где в это время под руководством Вернера фон Брауна, создателя «Фау-2», также шла интенсивная работа по спутнику.

Много лет спустя, 4-й Центральный научно-исследовательский институт Министерства обороны СССР посетила американская делегация, и экскурсовод М.В. Штундюк напомнил слова Президента США Д. Кеннеди (в октябре 1957 г. он был еще сенатором Конгресса) о том, что когда они узнали о запуске русскими искусственного спутника Земли, то пришли в шоковое состояние и в течение недели не могли ни разговаривать друг с другом, ни принимать решения, член американской делегации, женщина, говорящая хорошо по-русски, но с сильным акцентом, призналась: «Вот Вы сказали, что мы пережили шок. Да, и то, что я говорю с Вами по-русски, – следствие того шока: мы все в Америке стали изучать русский язык»[21].

Меньше чем через месяц после запуска первого искусственного спутника Земли, 3 ноября 1957 г. к 40-летию Великой Октябрьской социалистической революции был запущен второй искусственный спутник Земли. Пуск ракеты-носителя 8К71ПС № М2-ПС был произведен в 7 часов 22 минуты по московскому времени. В отличие от первого второй спутник не отделялся от последней ступени ракеты-носителя. На нем были помещены приборы, измерительные системы и контейнер с подопытным животным – собакой Лайкой. Это был первый орбитальный полет живого существа в космос. Этот запуск показал, что живое существо может существовать в условиях космоса. С помощью спутника были проведены исследования космических лучей и коротковолновой радиации Солнца. Спутник, имевший общую массу аппаратуры, животного и источника энергопитания 508,3 кг, совершил 2 570 оборотов вокруг Земли и прекратил существование 14 апреля 1958 г.

Запуск первых спутников Земли и их полет получили всемирный резонанс. Практически вся мировая пресса говорила об этом событии.

Видный специалист в области управляемых снарядов и оптической физики Е.П. Мартц-младший, как сообщало агентство «Ассошиэйтед Пресс», без лишних обиняков заявил: «Мы слышим исходящую из нашей страны шумную пропаганду на весь мир о наших планах задолго до того, как мы готовы к фактическому запуску. Советы мало хвастались заранее, если они вообще хвастались, и тем не менее они запустили большие по размерам и более тяжелые спутники, чем наш спутник». Эта же мысль о вреде хвастовства красной нитью проходила в рассуждениях вашингтонского корреспондента агентства «Юнайтед Пресс». «90 процентов разговоров об искусственных спутниках Земли приходилось на долю США, – резонно замечал он. – Как оказалось, 100 процентов дела пришлось на долю России».

В свое время Соединенные Штаты Америки объявили о том, что они готовятся запустить искусственный спутник Земли, назвав его «Авангардом». Не как-нибудь иначе, а именно «Авангардом»[22]! СССР также сообщил о том, что собирается запустить искусственный спутник Земли. И вот теперь все узнали, что творческие усилия советской науки и техники увенчались успехом. После появления маленькой «советской луны» некоторые государственные деятели США заявили, что они и не думали вступать в соревнование с Советским Союзом по созданию искусственного спутника. Видимо, название «Авангард» отражало уверенность американцев, что их спутник будет первым в мире. Но жизнь показала, что впереди, в авангарде, оказались советские спутники.

Заместитель министра обороны по специальному вооружению и реактивной технике СССР маршал артиллерии М.И. Неделин на XXI партийной конференции Северо-Кавказского военного округа 4 февраля 1958 г. сказал: «Соединенные Штаты Америки с помощью немецких ученых сумели запустить свой спутник только спустя четыре месяца после нашего первого спутника. Однако вес их спутника в 6 раз меньше нашего первого и почти в 40 раз меньше второго советского спутника Земли. Он настолько мал, что его невозможно будет наблюдать невооруженным глазом человека. Кроме того, орбита движения американского спутника выбрана вдоль экватора, чтобы использовать силу инерции от вращения Земли. Запустить спутник по орбите, аналогичной той, по которой движутся наши спутники, американцы и сейчас еще не в состоянии.

Не случайно сам руководитель и конструктор ракетоносителя спутника немецкий ученый фон Браун признает, что запуск американцами спутника не уменьшает разрыва в 5 лет, образовавшегося в научных открытиях и расчетах между СССР и Америкой.

Советский Союз в важнейших областях науки и техники так обогнал передовые капиталистические страны, в том числе и США, что они уже не только не говорят о своем приоритете, а, признав за нами первое место, ставят задачу хотя бы поравняться с нами и через несколько лет догнать СССР […]»[23].

После успешного запуска первого искусственного спутника Земли Президиум ЦК КПСС 10 октября 1957 г. (протокол № 116, пункт VIII)[24] принял решение о максимальном поощрении создателей «советского чуда», давшего прочный фундамент идеологическим обоснованиям преимуществ социализма перед капитализмом, обеспечившим рост политического авторитета страны. Указами Президиума Верховного Совета СССР от 21 декабря 1957 г. большая группа конструкторов, научных и инженерно-технических работников, военнослужащих, рабочих и служащих была удостоена государственных наград. Звание Героя Социалистического Труда было присвоено 13 специалистам; орденом Ленина награждены 102 человека; орденом Трудового Красного Знамени – 463 человека; орденом Красной Звезды – 132 человека; орденом «Знак Почета» – 1042 человека; медалью «За трудовую доблесть» – 709 человек; медалью «За трудовое отличие» – 634 человека. Орденами были награждены предприятия, конструкторские бюро и научно-исследовательские институты, принимавшие участие в создании первого в мире искусственного спутника Земли, в том числе ОКБ № 1 (С.П. Королев) – орденом Ленина, НИИ-4 Министерства обороны СССР – орденом Трудового Красного Знамени. Высшей аттестационной комиссии разрешалось присвоить ученые степени кандидата и доктора технических наук наиболее активным участникам создания спутника без защиты ими диссертаций и представления рефератов. Постановлением Совета Министров СССР от 18 декабря 1957 г. № 1418-657 за разработку и запуск первого искусственного спутника Земли было присвоено девять Ленинских премий 60 конструкторам, научным и инженерно-техническим работникам, военнослужащим. Для многих будет откровением, что ни один главный конструктор первого искусственного спутника Земли не был награжден орденами и медалями. Звания Героя Социалистического Труда были присвоены только заместителям главных конструкторов. А С.П. Королеву (главный конструктор искусственного спутника Земли и ракеты-носителя), В.П. Глушко (главный конструктор двигательной установки ракеты-носителя), М.С. Рязанскому (главный конструктор системы радиоуправления ракеты-носителя), Н.А. Пилюгину (главный конструктор автономной системы управления ракеты-носителя), В.П. Бармину (главный конструктор комплекса наземного оборудования по запуску искусственного спутника Земли), В.И. Кузнецову (главный конструктор гироскопических приборов системы управления ракеты-носителя) были присвоены звания лауреата Ленинской премии.

Работы по подготовке к запуску спутника типа «Д» продолжались. Для запуска спутника на базе ракеты Р-7 была разработана ракета 8А91, которая имела меньшую стартовую массу. Первый пуск этой ракеты-носителя со спутником типа «Д» был произведен 27 апреля 1958 г., но спутник не вышел на орбиту из-за аварии ракеты-носителя.

15 мая 1958 г. состоялся успешный пуск ракеты-носителя 8А91 № Б1-2 с третьим искусственным спутником Земли (объектом «Д»). Его с полным правом можно назвать первой автоматической научной лабораторией в космосе. Его масса составила 1327 кг, при общей массе установленной на нем научной и измерительной аппаратуры с источниками питания 968 кг.

В результате полета третьего искусственного спутника Земли был получен значительный объем научных данных, в частности, открыт внешний радиационный пояс Земли, изучен состав его частиц, впервые в мире был проведен опыт по измерению концентрации положительных ионов в атмосфере с помощью сферических ловушек в области высот 500–1000 км, проведены измерения напряженности полного вектора магнитного поля и определена ориентация спутника, получены данные о плотности и температуре атмосферы для высот 225–  250 км.

Третий искусственный спутник (объект «Д») просуществовал до 6 апреля 1960 г., т.е. в течение 692 суток.

Разработка конструкции, изготовление и запуски ракет-носителей с ПС-1, ПС-2 и «Д» положили начало развитию принципиально новой техники в нашей стране – созданию космических аппаратов и ракет-носителей.

Запуск первых искусственных спутников Земли показал, что летательные аппараты могут в течение длительного времени функционировать в космическом пространстве, однако для решения конкретных задач межпланетных полетов необходимо иметь ракету-носитель, способную вывести на орбиту искусственного спутника Земли не только космический аппарат, но и разгонную ступень, которая обеспечивала бы старт его с околоземной орбиты и вторую космическую скорость (более 11,2 км/с).

Осуществление запуска первых искусственных спутников Земли потребовало громадных подготовительных мероприятий и коллективного труда многих ученых различных отраслей науки и техники.

Запуск первых спутников вызвал интерес к космической тематике и породил колоссальный поток научных публикаций от официальных изданий в газетах «Правда», «Известия» до детских научно-популярных книг. Творческая интеллигенция создавала художественные, изобразительные, музыкальные произведения, кинофильмы. Космические сюжеты появлялись не только на почтовых марках, открытках, но и на пачках сигарет.

Успехи в освоении космоса способствовали росту патриотизма и гордости советских людей.

18 декабря 1957 г. вышло постановление Совета Министров СССР № 1420 о сооружении в Москве обелиска и учреждении настольной медали в ознаменование пуска в Советском Союзе первого в мире искусственного спутника Земли. Предполагалось обеспечить сооружение обелиска в 1958 г. Местом возведения был выбран центральный партер перед зданием МГУ им. М.В. Ломоносова. Был объявлен Всесоюзный конкурс на лучший проект обелиска и одобрен для сооружения проект архитекторов М.И. Борща, А.Н. Колчина и скульптора А.П. Файдыша. Облицовку высотной части обелиска предлагалось выполнить из листового полированного титана, цокольную часть – из гранита, внутри обелиска в нижней части разместить выставку, посвященную завоеванию космоса. Перед обелиском установить скульптуру К.Э. Циолковского. В начале 1960 г. сочли более целесообразным разместить обелиск перед главным входом на Выставку достижений народного хозяйства СССР. Обелиск был открыт 4 октября 1964 г., в седьмую годовщину запуска первого спутника, «в ознаменование выдающихся достижений советского народа в освоении космического пространства».

Введение в научный оборот новых документов, опубликованных в нашем интернет-проекте, продолжение работы по рассекречиванию документов по ракетно-космической тематике откроет новые страницы космической историографии, обнародует фамилии тысяч людей, которые получали государственные награды секретными решениями и не могли сказать своим близким, за что они их получили. Внуки же теперь смогут гордиться своими предками и рассказать о них своим детям.

 

Ивкин Владимир Иванович,
кандидат исторических наук, член-корреспондент Российской академии ракетных и артиллерийских наук

 


[1] Высота над уровнем моря, которая условно принимается в качестве границы между атмосферой Земли  и космосом и является верхней границей государств.

[2] См.: Пионеры ракетной техники: Ветчинкин. Глушко. Королев. Тихонравов. – М.: Наука, 1972. – С. 574.

[3] Докладная записка М.В. Хруничева И.В. Сталину о создании пилотируемой космической ракеты по предложениям М.К. Тихонравова и Н.Г. Чернышева от 20 июня 1946 г. Опубл.: Задача особой государственной важности. Из истории создания ракетно-ядерного оружия и Ракетных войск стратегического назначения. 1945-1959 гг.: Сб. док. / Сост.: В.И. Ивкин, Г.А. Сухина. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. С. 51–53.

[4] В директиве Объединенного комитета военного планирования № 432/д от 14 декабря 1945 года для атомной бомбардировки были намечены 20 основных городов и промышленных центров Советского Союза. Тогда предполагалось сбросить 196 атомных бомб. Это был план под названием «Peancer» (Клещи). За ним последовал целый ряд других планов с устрашающими названиями: «Жаркий день», «Испепеляющий жар», «Встряска» и т.п. см.: Советская военная мощь: от Сталина до Горбачева. – М.: Военный парад, 1999. С. 13.

[5] Журнал посещений Сталина [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://istmat.info/node/2224 (дата обращения: 01.10.2017)

[6] АП РФ. Ф. 3. Оп. 47. Д. 179. Л. 28-31. Опубл.: Задача особой государственной важности. Из истории создания ракетно-ядерного оружия и Ракетных войск стратегического назначения. 1945-1959 гг.: Сб. док. / Сост.: В.И. Ивкин, Г.А. Сухина. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. С. 28–33.

[7] С.П. Королев. Энциклопедия жизни и творчества. – М.: РКК «Энергия» им. С.П. Королева, 2014. С. 26.

[8] Полная драматизма история попыток реализации замыслов М.К. Тихонравова об искусственном спутнике в 1948–1956 гг. подробно изложена в книге: Брыков А.В. У космоса в плену. М., 2000.

[9] См.: Академик С.П. Королев – ученый, инженер, человек. – М.: Наука, 1987. С. 445.

[10] РГАНИ. Ф. 3. Оп. 53а. Д. 30. Л. 105. В тексте постановления они удостоены премии за выдающиеся изобретения и коренные усовершенствования методов производственной работы в области металлургии за работу в области техники.

[11] См.: Академик С.П. Королев – ученый, инженер, человек. – М.: Наука, 1987. С. 445–446.

[12] РГАНИ. Ф. 3. Оп. 47. Д. 272. Л. 41–43.

[13] См.: Первый пилотируемый полет. Российская космонавтика в архивных документах. В 2-х кн. Под ред. В.А. Давыдова. Кн. 1. – М.: Издательство «Родина МЕДИА», 2011. – С. 51.

[14] См.: Советский космос. Вестник Архива Президента Российской Федерации. Специальное издание к 50-летию полета Юрия Гагарина / Шеф-ред. С. Кудряшов. – М., 2011.

[15] С.П. Королев. Энциклопедия жизни и творчества. – М.: РКК «Энергия» им. С.П. Королева, 2014. С. 45.

[16] См.: Первый пилотируемый полет. Кн. 1. – С. 52–53. Текст проекта постановления Совета Министров опубликован в Советский космос. Вестник Архива Президента Российской Федерации.

[17] См.: Первый пилотируемый полет. Кн. 1. – С. 57–61.

[18] См.: Первый пилотируемый полет. Кн. 1. – С. 85–86.

[19] См.: С.П. Королев. Энциклопедия жизни и творчества. – М.: РКК «Энергия» им. С.П. Королева, 2014. С. 72.

[20] Келдыш М.В., Маров М.Я. Космические исследования. М., Наука, 1981. Л.20.

[21] В поиске стратегического равновесия. Ветераны 4 ЦНИИ Минобороны России вспоминают / Ракетные войска стратегического назначения, М-во обороны Российской Федерации [отв. ред. Спренгель А.В., Штундюк М.В.]. – Изд. 2-е, доп. – [Б. м.]: ПСТМ, 2016. С. 16.

[22] Vanguard – наименование серии американских искусственных спутников, первый из них был выведен на орбиту Земли 17 марта 1958 г.  а также 3-х ступенчатых ракет-носителей. См.: Энциклопедия «Космонавтика». М.: Советская энциклопедия, 1985. С. 13.

[23] Задача особой государственной важности. – С. 629–630.

[24] См.: Президиум ЦК КПСС. 1954-1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления / Т. 1. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы / Гл. ред. А. А. Фурсенко. М., 2003. С. 268.